Представьте себе

Уткам на смех

9 сентября – День охотника России

Есть у меня старый добрый товарищ Андрей Константинов. Дружим мы с ним с детства. И хоть судьба нас разбросала довольно далеко, встречаемся и общаемся мы с ним при каждом удобном случае. Ко Дню охотника вспомнилась мне одна забавная байка за Андрюху. Надеюсь, что он на меня не слишком будет зол за то, что я её сейчас поведаю. Итак...

 01

Андрей парень очень азартный и увлекающийся. Ежели загорится какой-то идеей, то всё, туши свет! Он будет все свои деньги, всё свободное время уделять новому хобби, пока, наконец, не перегорит. У меня столько пальцев нет на руках и ногах, сколько у него было интересов и увлечений. И, право, мне эта черта в нём очень симпатична, поскольку живет человек полной, насыщенной и интересной жизнью.

Когда Андрей служил в армии, мать его вышла замуж за хорошего работящего  мужика. У дяди Димы увлечений было всего два: охота и рыбалка. Но зато за полвека таежных скитаний он поднаторел и был на этом поприще настоящим профи. Крайне редко возвращался домой с пустыми руками. И вот решил он приобщить к сему благородному мужскому ремеслу  своего великовозрастного пасынка.

А Андрюша только рад столь необычной для него забаве. Вступил в общество охотников, купил отличное, очень даже недешёвое ружье и всяческие промысловые приблуды,  проштудировал гору специальной литературы. Всю зиму просидел, как на иголках, с нетерпением дожидаясь открытия охотничьего сезона. И при каждом удобном случаи учил меня, дилетанта, как надо бить косулю, а как – гуся. И вот, наконец, местные власти дали отмашку – и удалые охотники отправились в поля добывать уток и селезней.

Когда я накануне их первого выхода заглянул на огонек к Андрюхе, то просто не узнал своего школьного товарища. В новом с иголочки камуфляже, в высоких болотных сапогах он, сурово нахмурив бровь, набивал дробью патрон за патроном. Рядом лежало начищенное до зеркального блеска ружье. Скрипучий кожаный ягдташ и вместительный походный рюкзак  ещё более подчеркивали всю серьёзность его намерений.  Для полноты картины ему не хватало разве что шляпы с фазаньим пером. Андрюша снарядил последний патрон и скептически оглядел свой внушительный арсенал:

– Эх, маловато будет патронов! Ну да ничего! Сколько уток возьмем, все наши будут. Дядь Дима обещал такое богатое место показать, что только успевай  ружье перезаряжать и палить. Боюсь только, трудновато  нам будет вытащить к машине всю подстреленную птицу. Я и про тебя, дружище, не забуду, –  снисходительно похлопал он меня по плечу. – Пару селезней, можешь не сомневаться, отжалею, уж так и быть. Хоть побалуешь свежей дичью своих домочадцев. Не всё же им солонину жевать! – отпустил друг беззлобную колкость. – Вообще-то надо бы хорошую охотничью собаку завести. А то шлёпнется сбитая кряква куда-нибудь в озёра. Поди вылови её оттуда!  Ну да ладно, на первый раз сойдет и так.

Я пообещал заглянуть дня через два, чтоб забрать обещанную мне дичь. И пожелав напоследок товарищу ни пуха ни пера, засим распрощался. В означенный день я явился пред светлы очи Его Охотничьего Величества. Вопреки моим ожиданиям по жилищу вовсе не витали ароматы утиного фрикасе и жаркого из гуся. В квартире, скорее, пахло чуть подгоревшей рисовой кашей, сваренной на молоке. И вид у приятеля был вовсе не радостно-победный, как я ожидал, а озадаченно-угрюмый.  Не придав значения первым впечатлениям, я радостно выпалил:

– Андрюха, привет! С почином тебя! Ну, давай, хвались охотничьими подвигами! Рассказывай, как ты одним выстрелом сбил пять селезней. Я вот пакет под дичь принес, что ты мне наобещал. Хватит емкости иль, может, за второй сгонять?

– Тихо, тихо ты! – зашипел на меня гюрзой Андрей. А то дядь Дима услышит – и тогда...

Но было уже поздно. В дверях выросла дюжая фигура отчима, которому, видимо, тоже не терпелось поведать об охотничьих подвигах Андрея. Он бросил на пасынка такой яростный взгляд, что даже я, ни в чём не виноватый, вжал голову в плечи.  Но Дмитрий Палыч быстро взял себя в руки и, стараясь выбирать слова поприличнее, поведал об их  охотничьих злоключениях.

Повез дядь Дима Андрюху куда-то в самые дальние далека. Там у него на примете были два какие-то особых, богатых дичью озерца. Как рассудил бывалый промысловик, первая охота для новичка должна была пройти на высшем уровне, чтоб зацепило. Оставили они «Ниву» в ближайшем перелеске и двинули к цели пешком. Идти несколько километров по болотам в жару, средь мелкого гнуса было чертовски трудно. Но они благополучно добрались до первого озерца. Увы, но окрест не было ни одной живой утиной души. Однако бывалого охотника такой поворот ничуть не смутил. Если уток нет на этом озере, значит, они точно будут в двух километрах, на соседнем. Дядь Дима оставил Андрюшу рядом с озером, в кустах орешника, в засаде. А сам по плавной дуге стал подходить ко второму озеру. Подходил он так, чтоб застать птиц врасплох и начать палить по ним ещё там. А если чуткие птицы заметят его первыми и метнутся прочь, то в любом случае полетят они к первому озеру, где их встретит прицельным огнем Андрей из своей засады. Бывалый охотник отправился в рейд, и как только скрылся в далекой  рощице, Андрюша вскинул ружье, готовясь к роковому для уток выстрелу. Он так и замер, направив свои стволы в светило, мысленно перебирая в голове французские блюда с уткой.

Прошло пять минут, десять, полчаса... А стаи уток солнце так и не затмили. И далеких выстрелов отчима тоже не было слышно. «Наверное и там пусто!» – сильно огорчился Андрюха, но свой боевой пост всё еще не покидал. Минуло 15 минут, и вот в поле показался отчим. Он шел энергичным шагом, потрясая ружьем и выкрикивая что-то крайне обидное для Андрея. Когда он подошел чуть ближе и друг стал различать слова, обозначился большой конфуз.

– Я подкрался к озеру, а там этих уток штук, наверно, сто! – запальчиво рассказывает дядь Дима. – Но, бестии, учуяли меня раньше, снялись всей стаей и полетели к первому озеру. Я даже ружье вскинуть не успел. Ну, думаю, сейчас Андрюша их там влёт срежет. Без жаркого, точно, не останемся. Но они пролетели не прямо над его головой, а метров на двадцать левее засады. А я стою и удивляюсь: нет ни одного выстрела! Смотрю в бинокль, эти твари приводнились на озере в двух шагах от него. Ныряют, крякают, кормятся, резвятся, размножаются... Словом, радуются жизни как могут. А Андрюша в двадцати метрах от них застыл истуканом, и всё облака караулит. И, главное, я сам подойти не могу, они б меня враз учуяли и улетели. Так продолжалось минут сорок. Потом им, видимо, надоело, и они рванули всей стаей куда-то в поля. Чуть ли не круг почета над его головой сделали, и так издевательски крякнули напоследок, как будто смеялись! – сгустил краски рассказчик.

Больше им никакой дичи в тот день не встретилось. И это был, пожалуй, единственный раз, когда бывалый охотник вернулся домой с пустыми руками. А Андрюша очень быстро остыл к этому увлечению и более на промысел не выходил. Через пару лет он уехал за границу и там, как я знаю, всерьёз занялся стендовой стрельбой. Уж мишени-то при неудачном выстреле с мест не снимутся и дружной стайкой в поле не улетят, издевательски крякнув напоследок.

Евгений СТЕПАНОВ

Расписание транспорта

Полезные услуги